По­яс­не­ние. При­ведём вер­ное на­пи­са­ние.

Щи­пи­хи­но бо­ло­то ока­за­лось почти круг­лым. По са­мо­му краю его обойдёшь за каких-ни­будь два­дцать минут. В нем нет ни одной ямы, ни од­но­го по-на­сто­я­ще­му тряс­ко­го места.

Вы­со­кие пыш­ные кочки на­по­ми­на­ют груду толь­ко что взби­тых пу­хо­вых по­ду­шек, ко­то­рые за­бот­ли­вая хо­зяй­ка вы­нес­ла про­су­шить на ве­тер­ке.

Но­ви­чок долго топ­чет­ся в не­до­уме­нии, по­то­му что его под­во­дят глаза, на­тре­ни­ро­ван­ные на сиг­наль­ную яр­кость лет­ней ягоды. Нужно при­сталь­но вгля­деть­ся в бли­жай­шую кочку. И тогда об­на­ру­жишь вдруг, что при сла­бом солн­це вся она свер­ка­ет алыми кап­ля­ми клюк­вы, пря­чу­щей­ся в мох. Вся кочка будто пе­ре­ли­ва­ет­ся са­мо­цве­та­ми, про­сы­пан­ны­ми чьей- то бе­реж­ной рукой.

Со­би­ра­ешь ягоду и не ду­ма­ешь о вре­ме­ни, о дру­гих делах. Хо­чет­ся за­пом­нить на­все­гда прон­зи­тель­но кис­ло­ту бо­лот­ной твер­дой ягоды, вор­ко­ва­ние птиц в лесу, свет­лые мхи, пру­жи­ни­стую почву бо­лот­ной ко­лы­бе­ли.